Войти на сайт

Авторизация, ждите ...
×

ТЕМА: Этюд. Глава 1 "Дебют"

Этюд. Глава 1 "Дебют" 7 года 6 мес. назад #33279

  • James
  • James аватар
  • Вне сайта
  • Модератор
  • Ленивый мечтатель
  • Сообщений: 1167
  • Спасибо получено: 159
  • ПисательПисатель 2 местоРазработчикПобедитель конкурса2 место 3 местоОрганизатор конкурсов
Пишу книгу. О жанре (роман/рассказ/повесть) пока не задумываюсь. Вот первая глава. Если вас не затруднит, прочитайте, прокомментируйте. Критика приветствуется.

Глава 1
Дебют
—Ладья С6-С3. Гроссмейстер, вам мат! — Сказал с улыбкой Николас и откинулся на спинку кресла.
—Да ну? Хотя… Вот чёрт… Реально мат. Ну ты и… — Серж замолчал, пытаясь подобрать наиболее обидное выражение.
—Успокойся ты, — Я ведь тоже тебе иногда проигрываю.
—Когда это было в последний раз? Неделю назад? Или две? Ну поздравляю вас… гроссмейстер, — Последние слова голос, идущий из встроенных в доску динамиков, произнёс с наибольшей досадой.
—Да ладно ты, у меня даже разряда нет. А тебе просто потренироваться надо – благо, есть куда. Серж Эдифик ещё станет великим шахматистом. Может, ещё партейку сыграем? — Николас начал расставлять шахматные фигуры на свои изначальные места. По правде говоря, это было и не нужно – те могли занять свои места и сами по желанию игроков, но победитель предпочитал обычный способ, ибо он напоминал старые отцовские деревянные шахматы.
—Ник, может, хватит уже, а? Одиннадцатую партию за сегодня играем. У нас сейчас почти полночь.
—Так и у нас одиннадцать.
—Я серьёзно! Достаточно на сегодня!
—Хорошо. Тогда до завтра. Удачи.
Из динамика раздался механический голос: «Связь разорвана», и зелёный индикатор погас. Николас с грустью посмотрел на четыре ряда шахмат, вспомнив об отцовских. Незнающему человеку полупрозрачные синеватые фигуры показались бы голограммой. Но на самом деле, это были особые тимниевые частицы – ведь из них, как оказывается, делают не только оружие. Эту шахматную доску Ник купил на первую зарплату – талантливым платили довольно неплохо. А сейчас будут платить ещё больше. Осталось только ещё подождать…
Николас безразлично пронаблюдал, как фигуры рассыпались на синий песок, просочившийся сквозь поверхность доски. Нику было скучно. Он уже часа четыре просидел в этой комнате в ожидании тех людей, что уполномочены записать его в «Лезвие» - элитный боевой сегмент Эрдикийской армии. Николас был солдатом. Причём, довольно талантливым солдатом. Настолько талантливым, что вопрос о возможности его зачисления в «Лезвие» был поднят ещё лет шесть назад. Это был первый в истории Эрдикии случай, когда в столь почётный отряд мог быть включён боец, которому на тот момент едва исполнилось десять. Да и к тому же, побывавший на поле боя всего трижды. Но все три раза Ник показывал невероятные тактические, стратегические и навыки боя, невероятные для своего возраста. Да и на тренировках он обгонял многих своих товарищей по всем параметрам. Исключение, естественно, составляли другие кандидаты.
Вообще-то, для других стран такой показатель не так сильно бы выбивался из нормы, но Эрдикия не воевала уже лет двести, или даже больше, и, скорее всего, разучилась это делать. В этой войне победы были одержаны благодаря массовости, ибо соотношение Эрдикийской и Акрийской армий было полтора к одному, а поражения засчитывались из-за превышающего мастерства у противника. Акрия воевала чаще, но населения там было меньше. Акрийская военная техника считалась чуть ли не самой передовой в Айе. Эрдикия остановилась на Тим-блейдовых мечах. Но развивала эти мечи она невероятными темпами. Эрдикийские мечи могли противостоять знаменитым Акрийским бластерам, выстреливающим частицы со скоростью, приближающейся к скорости света.
Война была тяжёлой. За десять лет она уже забрала многих. Ник потерял своих родных лет эдак восемь назад, во время атаки на Рейхем. Это было в 1016 году третьей эры. Девятнадцатого июня 1016 года. Николас помнил всё – и огонь, и выстрелы Акрийских лазерных орудий и бластеров, и блеск Эрдикийских мечей. И выстрел, лишивший его матери, и пожар, забравший жизни его отца и сестры, и руины мёртвого города, и горстку пепла – всё, что осталось от большой шахматной доски.
Ник выключил антиграв, и доска упала ему на колени. Особый материал позволял согнуть её пополам до семи раз, чтобы её можно было положить в карман. Убрав доску подальше, Ник всё тем же безразличным и скучающим взглядом посмотрел на остальных «Почти Лезвийцев».
Помимо Ника в комнате сидели трое. Алекс, его старший боевой товарищ, также потерявший дом в ту июньскую ночь, дремал в мягком кресле в углу. Он был Николасу чуть ли не единственным другом. Около стола на жёстком стуле сидел Пьер, человек, на первый взгляд, начисто лишённый эмоций. Он был лет на двадцать старше Алекса – уже не молодой, но ещё и не слишком старый; шрамы, которыми были изуродованы его руки и лицо, явно свидетельствовали о его уже немалой боевой карьере. Скорее всего, он участвовал в этой войне ещё с самого начала. Ну и последним был Кир. Служит в мотокавалерии, хорошо управляется с мечом, замечательно ездит на мотоцикле. Обладает достаточно развитым интеллектом, относительно неплохим чувством юмора, а также талантом игры на гитаре. Вот и сейчас он сидел прямо за столом на мягком кресле хозяина кабинета, всматриваясь единственным целым глазом неестественно голубого цвета в пустоту и наигрывая какую-то очень красивую мелодию на гитаре из тимниевых частиц.
Ведь сейчас почти всё хорошее – тимниевое. Древесина, металлы, нанотехнологии всякие – это всё не то. За тимнием будущее. Произвольное выстраивание связей, позволяющее придать построенному объекту практически любую форму, невероятная прочность этих связей, компактность – при разрушении связей частицы имеют столь малый объём, что их количество, необходимое для построения максимально прочного куба 10 на 10 на 10 метров, умещается в спичечный коробок, практически отсутствующая масса и ещё множество характеристик делают этот материал настолько популярным. Причём производят тимний только в Дельтии – городе на северо-востоке Эрдикии – дельтийским учёным и королю Деметрию хватило ума не продавать технологию синтеза частиц за границу, иначе какое было бы у страны преимущество в этой войне?
Николас откинулся на спинку стула и достал из кармана ещё не потерявший актуальности даже во времена третьей эры кубик Рубика. Вообще, это было нормально – шахматы ещё больше просуществовали, многие вещи сохранились ещё с прошлых времён. Некоторые люди вообще хранят у себя дома целые библиотеки книг, написанных до двухтысячного года. Николас разобрал кубик и за четыре минуты – кубик был старый и часто стопорился – собрал обратно. И ещё раз разобрал, и ещё собрал. И ещё раз…
Было уже за час ночи, когда в комнату вошли. Это были королевский учёный Тим Бент, лидер Михаэль Эрме – ассистент оверлидера Виктора Гьизе и, после Гьизе, главный человек в Эрдикийской армии и сам король Деметрий Второй. Николас убрал почти развалившуюся головоломку, Кир вскочил с личного кресла лидера, чтобы его не уволили за наглость, и спрятал гитару, Алекс проснулся - его интуиция работала лучше будильника, а Пьер равнодушно посмотрел на вошедших. Эрме достал из папки в руках внушительную стопку листов и начал:
—Здравствуйте, Лезвийцы, — Его голос был спокойным, ровным и достаточно тихим, словно это не он считался величайшим бойцом Эрдикии и первым Лезвийцем – ведь голос такого человека по идее должен быть наоборот, груб и резок, — Поздравляю вас с зачислением в «Лезвие». Вы пятеро… А где пятый? — Лидер заглянул в бумаги, которые держал в руках, — Вернее, пятая? Джулия Грей?
—Простите, но нас четверо, — Голос Николаса дрожал, глаза блестели – нет, не от волнения или страха – тут была другая причина…
Михаэль Вольдемарович вгляделся в текст, смял пачку из десяти листов одной рукой и бросил через плечо, попав в мусорную корзину, стоящую на другом конце комнаты, и достал из папки другие бумаги.
—Прошу прощения, документ устаревший. Вот более новая копия. Вот, подпишите. Все четверо. Пьер Пэтра, Кир Селерит, Николас Церебрум и Алекс Кор. Я поздравляю вас, теперь вы официально являетесь Лезвийцами. Вступить в «Лезвие» - очень почётно, лишь единицы из миллионов могут претендовать на это. Два Лезвийца способны победить армию. Три Лезвийца - выиграть войну…
Дальнейшая речь лидера была невероятно воодушевлённой и вдохновляющей и затянулась на полчаса. Эрме успел затронуть проблемы войны, сложности профессии, поверхностно прошёлся по ситуации во всей Айе, экономическое, социальное и географическое положение Эрдикии. Закончил он свою речь словами «Теперь вы понимаете, насколько это почётно?». Но после речи Эрме перешёл к сухим инструкциям – из голоса мгновенно пропали эмоции. Кажется, Пэтра только в этот момент и начал его слушать.
—Итак, с этого момента вы четверо – фрагмент №34 сектора «Лезвие». Фрагмент-лидером как самого опытного и старшего назначаю Лезвийца Пэтра. Указания получать только от лидера, оверлидера и короля, указания остальных игнорировать, если не было соответствующего приказа. В случае многократного нарушения фрагментом устава, фрагмент подлежит деструкции, возможна деструкция элементов фрагмента методами от смертной казни вплоть до разбирания на атомы для Эрдикийских магов. Тепреь распишитесь вот здесь. По одному экземпляру себе. Я пока закончил. Ваше Величество, продолжайте.
Дальше заговорил король. Деметрий, как правило, общается напрямую лишь с очень важными людьми – с остальными общался его ассистент, и сын по совместительству. Ещё вчера Лезвие-34 было всего лишь сборищем солдат, пусть и немного более талантливых, чем все, но словно не существующих для такой важной персоны, как король Деметрий II Эрдикийский. Сегодня же он общается с Лезвийцами, почти как с равными, даже в какой-то мере уважая их. Какое всё-таки различие между людьми делают, например, пометки в паспорте или подписи в документах.
—Уважаемые Лезвийцы, позвольте посвятить вас в курс дела, ибо, насколько мне известно, наши солдаты ходом войны в целом не интересуются. Война с Акрией идёт без малого почти десять лет. Не важно, кто её начал, главное, кто её закончит. На нашей стороне – численное преимущество, на их – технологическое. Последняя война, в которой Эрдикия приняла участие, происходила около двухсот лет назад. В тот раз агрессором была Регна, империя с континента, а мы лишь защищали наш остров. Примерно в то время и началось объединение Акрии. Одно маленькое государство начало захватывать соседние, в итоге и появилась Акрийская Империя. Последним был захвачен, — король мельком взглянул на Пьера, — Дихарт, были убиты оба правителя и многие мирные люди. После объединения империя долгое время не решалась напасть на нас, а мы всегда были миролюбивой державой и на Акрию внимания не обращали. Но она начала вести войны на континенте и разрабатывать новые технологии, а мы так и запомнились в истории, как «Самая миролюбивая держава». В итоге, у противника в разы больше опыта, забытого нами за два века.
В итоге, ситуация на фронте не самая лучшая – нас спасает пока лишь численность, и наши знаменитые Мечи. Ну, и конечно, мастерство некоторых бойцов, — Деметрий приложил руку к груди и слегка наклонился, в знак благодарности, — К нашему сожалению, морской флот – одна из наших сильных сторон, ведь мы всегда больше боялись атаки с континента, чем от соседей – не может пробраться к Акрии, так как страна окружена горами. Их воздушный флот превосходит наш по большинству параметров. Несложно предположить, что именно горы сделали из Акрии самое технически развитое государство – ибо не так просто захватить, или даже напасть на континент, когда с одной стороны горы, с другой – миролюбивое королевство – приходится взлетать чаще, летать дальше и вооружаться лучше.
К счастью, Акрия до войны не имела ни мотокавалерии, ни военных машин – они всегда предпочитали бомбардировку с воздуха или высадку десанта – в нашем случае такая методика для них неэффективна. И только в начале войны наш противник начал в спешке разрабатывать механизмы по давно устаревшим чертежам, купленным полвека назад «на всякий случай» – поэтому качество их наземной техники заметно ниже нашего – и только это нас спасает. Мечников у них от силы три фрагмента, и используют они наши же мечи пятидесятилетней даты выпуска – они тогда ещё вместо тимния использовали несвязный мифрил. А вот их преимущества в артиллерии перекрывают все наши: их бластеры против автоматов образца ещё второй эры – разница чувствуется? И у нас нет ничего, что можно противопоставить их роботам – наша роботехника никогда не являлась нацеленной на войну. Да и недавняя авария на Дельтийской фабрике, после которой наши исследования в этой части науки были отброшены на полвека назад.
Страны континента испытывают к нашей войне полное безразличие – незадолго до начала Регна и другие государства поменьше выкупили у Акрии свои земли за очень большие деньги. Эти деньги Акрия использовала для совершенствования техники – в основном, воздушной и роботов – и начала нового похода на континент. А может быть, они и тогда собирались напасть на нас. В итоге, страны Фрусты, Эрдикия и Акрия, остались один-на-один. Никто не придёт на помощь ни к нам, ни ко врагу. Рассчитывать мы можем лишь на свои силы. На вмешательство Земли тем более рассчитывать не стоит – Айя уже давно не наибольшая земная колония и для так называемой «Родины» интереса не представляет. Да, колонизация Айи положила начало третьей эры, но это единственное, что не даёт вычеркнуть название нашей планеты из документов.
Уважаемые Лезвийцы… Эта война… Такой войны Эрдикия не переживала более двух веков. Я не знаю, справимся ли мы… Мы несём большие потери, как среди военных, так и среди простых жителей. Многие… Многие из нас потеряли родных и друзей… Потеряли свой дом… Например, взятие Рейхема – был превращён в руины целый город. Акрийцы не брали пленных – они сразу убивали. Это такая техника ведения войны – Земные правила ведения хоть и не разрешают захват населённых пунктов для дальнейшей битвы, но никто не запрещает просто обращать целые города в руины для ослабления противника, как это проихошло в Рейхеме. В тот раз спаслись только два десятка детей. Они потеряли дом и семью. И они, то ли из патриотизма, то ли в жажде мести добровольно записались в ряды Эрдикийской армии. Конечно, сразу на поле боя их не пустили: семи- и восьмилетние дети там были явно лишними. «Рейхемские сироты» были отправлены на тренировки. Их обучение проводилось не слишком долго – не нужно много сил, чтобы держать автомат или Эрдикийский меч и чтобы наносить ими существенные повреждения врагу. Вскоре сироты уже сражались плечом к плечу со своими старшими товарищами. И запросто противостояли Акрийской армии. Как ни странно, но иногда они сражались даже лучше, чем взрослые, опытные бойцы. Многие из них стали кандидатами в «Лезвие», один из них, — Король посмотрел на Николаса, — Вообще был самым молодым бойцом в истории Эрдикии, ставшим кандидатом в этот сегмент. В итоге, Лезвийцами из «Рейхемских сирот» стали три человека. К сожалению, сейчас я могу наблюдать лишь двоих из них: два месяца назад... — В этот момент Деметрий заметил взгляд Ника, явно не желающего это слышать, и не стал заканчивать фразу, — Кхм… В общем, что я хочу сказать: даже если у война забрала у вас родных и друзей, не следует отчаиваться. Не всё ещё потеряно. Защитить свою Родину – это меньшее, что вы можете для них сделать. Они наверняка смотрят на вас откуда-нибудь сверху и думают: «Ты всё сможешь. Отомсти за нас, докажи, что можешь защитить то, что не защитили мы! Докажи, что мы отдали свои жизни не за поражение!» Может, конечно, и не так пафосно, но всё же, их смерть не должна вам мешать, она должна лишь делать вас сильнее! Акрия и так забрала многих, не дайте ей забрать больше! У меня, пожалуй, всё… А, ещё, поздравляю вас со вступлением в «Лезвие». Теперь всё. Передаю слово профессору Бенту.
Королевский учёный встал с кресла Эрме, где уже успел задремать, и вышел в центр комнаты.
—От меня, к сожалению, вы таких речей красивых не услышите, уж извините. Я тут, чтобы уладить только технические вопросы. Так вот, ваша новая экипировка очень сильно отличается от стандартной. Ну, я имею в виду, качеством, махать новым мечом можно так же, как старым. Итак, начну с нового оружия.
На первый взгляд, профессор Бент был слишком молод, чтобы считаться королевским учёным – Ему было лет тридцать от силы. Трудно поверить, что этот растрёпанный длинноволосый небритый человек в мятой одежде мог однажды открыть, а затем и создать сам то, что ныне называют чуть ли не величайшим открытием Эрдикии – частицы, названные в честь Тима Бента. Многие, встретив королевского учёного впервые, в это и не верили, но даже они потом могли заметить в его глазах невероятный груз знаний, в разгильдяйской внешности – некий стиль творца, романтика, а в быстрой и невнятной речи – смысл.
Из портфеля, что висел у профессора через плечо, он один за другим достал четыре крупных ящика и раздал новоиспечённым Лезвийцам. Он достал и пятый, но, внезапно сообразив, бросил взгляд на Ника и затолкал коробку обратно. Николас опустил глаза и обречённо вздохнул. Ну неужели всё обязательно должно напоминать о ней?
Ящик оказался неожиданно лёгким. Видимо, тимниевый. И, кажется, даже плотно-тимниевый. Учёный закончил запихивать пятый комплект подальше, а заодно спрятал куда-то вглубь ещё что-то, наверное, женский комплект брони, чтобы не достать ненароком, после чего, жутко тараторя, обратился к бойцам Лезвия-34:
—Это контейнер из тимния. Внутри вы найдёте один (1) Эрдикийский меч Профессиональный, в таком же количестве Пистолет тимниевый, а также один ремень оружейный. Всё оружие уже заряжено. Контейнер являет собой два резервных блока с тимниевыми частицами плюс простейший декодер, который при желании можете выбросить, а можете оставить себе, если вам сможет понадобиться тимниевая коробка.
Теперь подробнее о самом оружии. Начнём с меча. Метка «Профессиональный» обозначает наличие абсолютно всех возможных на данный момент функций, а также улучшенный декодер. Теперь длина меча может достигать пяти метров – правда, оно вам надо, спрашивается? Также, удалось повысить прочность меча без существенного увеличения количества используемых частиц – просто дополнительный модуль к декодеру ещё сильнее упрочняет связи. Щит теперь может выдержать до десяти попаданий из Акрийского бластера, поставленного на максимальную мощность. Создаётся он так же, как и на старой модели – надо ослабить межчастичные связи и провернуть меч перед собой. Но есть одно но: теперь, чтобы расслабить связи, не нужно нажимать всякие кнопки на рукояти. Теперь сама рукоять – одна большая кнопка: она сделана из сплава мифрила, аморфия и нейрония. Первый обеспечивает очень высокую прочность и малый вес; второй создаёт возможность регенерации рукояти при желании владельца – в случае, если мифрил не спасёт; а третий – это самое интересное. Мифрил – это особый синтезированный металл. Он способен улавливать импульсы мозга и преобразовывать в двоичный код. Знаю, звучит невероятно, но это факт. Я не знаю, как он работает – я больше физик, а мифрил – разработка дельтийских химиков и биологов. Да, у нас развивается не только физика и тимниевая теория, как вы наверняка думали. В общем, на чём я остановился? А, в двоичный код. Достаточен тактильный контакт – причём совсем не обязательно с черепом. Если его просто взять в руку, он уже может улавливать и преобразовывать информацию из мозга, а процессор из этого отбирает то, что касается непосредственно оружия, отсекая лишнее. Теперь можно силой мысли ослаблять связи определённых мест меча, оставляя прочными остальные. Чтобы создать щит, достаточно лишь слегка ослабить связи на границе лезвия. А лучше сразу подумать про щит, и проц всё сам сделает. Там ещё функций дополнительных много и приёмов, но я уже спать хочу – уже полтретьего, поэтому сейчас рассказывать всё не буду, а рекомендую почитать лучше гайд, который вы также найдёте в контейнере.
Теперь о пистолете. Пистолет использует тимниевые заряды. Одного блока частиц хватает на полсотни выстрелов – это не так много, так что моя рекомендация – использовать его как можно реже – убойность высокая, но и затраты о-го-го. Лучше юзайте для меча приём – «Ускоритель» или что-то вроде этого. Повторяю, почитайте гайд, там много интересного. Так вот, по поводу пистолета. Для пистолета важен вес – чем легче, тем лучше. Прочность для него не столь важна. Тем не менее, сделан он из мифрила – не алюминий же использовать. А тимний слишком нестабилен, чтобы быть основой. Ну, и отличительные характеристики: большой урон – тимниевые патроны при достаточной удаче и мастерстве пробивают даже адамантовую броню. Принцип работы слишком сложен и описан в гайде. Рукоять покрыта тем же нейронием, с помощью которого процессор управляет гироскопами, помогающими прицелиться. Если у вас будет немного времени перед выстрелом, просто направьте пистолет приблизительно в сторону выстрела и расслабьте руку – и пистолет сам повернёт её так, чтобы бить прямо в цель. Такой технологии нет даже у Акрийцев! Лично я всегда считал, что наиболее технически продвинутая как раз наша родная Эрдикия, а именно Дельтия. Просто дело в том, что разрабатываемые нами технологии не могут быть массовыми или хотя бы известными по разным причинам – таким, как стоимость или гриф «Совершенно секретно».
И ремень. Тоже в каком-то роде оружие. Нет, как хлыст его я вам использовать не рекомендую. Его я рекомендую использовать непосредственно как ремень. «Но почему же тогда это оружие?» - спросите вы. Но я приберегу самое «вкусное» напоследок. Вначале о НЕубойных характеристиках: с таким ремнём вам не нужны ни кобура для пистолета, ни ножны для меча. Достаточно прислонить рукоять вашего оружия… Да вообще, что угодно – и оно будет намертво прикреплено к ремню до тех пор, пока вы сами не захотите это оттуда снять. Механизм, естественно, можете прочитать в гайде, если вам интересно. Я же сейчас рассказываю про наиболее интересные вещи. Также к ремню можно присоединить резервный блок тимниевых частиц. И вуаля! Вам теперь не надо перезаряжать оружие вручную: при истощении запаса частиц оружие начинает черпать тимний из этого блока. Вам даже не надо тратить время на перезарядку! И, наконец, самое интересное! Знаете ли вы, товарищи Лезвийцы, что мы называем магией? Нет, не той, что во всяких сказках второй эры и раньше была, а теперешней? Это способность некоторых людей вследствие не изученного наукой воздействия на организм к реструктуризации материи. Некоторые ещё телекинезом владеют, но это не интересно. Кто-то ещё что-то про какой-то Эфир говорит, но я в него не верю. Такие люди могут разбирать предметы на атомы и собирать их в другом порядке. Самые слабые из них могут лишь сделать алюминиевую вилку из алюминиевой банки. Те, что посильнее, могут за секунды из алмазов графита для карандашей понаделать, или микросхему превратить в кусок кремния, или из батареи отопления середины второй эры создать произведение искусства «Металлическое нечто». В общем, они могут почти всё что угодно на атомы разобрать, а потом из них же что-нибудь новое собрать, при условии, конечно, что они знают, как это сделать. Наиболее сильные могут разбирать и собирать органику. Самые сильные могут разбирать что угодно на протоны всякие, нейтроны и электроны, и уже из них собирать атомы, из которых собирать что-нибудь ещё. В общем, к чему я клоню: магом является чуть ли не каждый десятый на Айе. Но что делать остальным девятерым? Насколько я понимаю, никто из вас магом не является?
— Я вилки магией гнуть умею, — Внезапно произнёс Алекс. Это была самая настоящая правда – Николасу приходилось видеть какие-то его фокусы. Наверное, то, что Алекс понял хотя бы половину из этой быстрой, невнятной, насыщенной непонятной информацией и уже давно не использующимся английским языком, речи, тоже было какой-то сильной магией.
—И это всё? Мой друг, это очень слабая магия. Конечно, незнающие посчитают её за чудо, но она очень слаба – лишь для произведения впечатления. Ещё в середине второй эры, когда о магии только в сказках и слышали, к ней были уже способны некоторые индивидуумы. Обобщённо, настоящей магией из вас не владеет никто. Да и из нас, собственно, тоже. Самым сложным вопросом в магии, ответ на который пока не удалось найти науке, является деструктуризация – то есть, разбиение объектов на максимально минимальные структурные элементы. Нет, конечно это сделать не так сложно, дело в том, что необходимое для этого оборудование либо стоит дороже Родины, либо требует неимоверных затрат энергии. А ведь нужно атомы ещё и хранить правильно, чтобы процент потерь был нулю равен, и чтобы они сами по себе что-нибудь не выстроили. То есть, к деструктуризации наука, товарищи Лезвийцы, пока не готова. Но, она способна к реструктуризации! То есть, мы можем построить почти что угодно, будь у нас стройматериал. Будь у нас какие-нибудь частицы с непостоянными свойствами, что можно объединять по законам магической реструктуризации… Опа! А ведь у нас есть такие! Вместо частиц изготовляемых можно использовать частицы готовые. И чем вам в таком случае тимний не угодил? Всем угодил? Тогда, почему бы его не использовать? В общем, на ремне есть нейрониевая пластина и проц – чуть ли не мощнейший во всей экипировке. А вся ваша форма просто увешана свободными, то есть неперманентными, то есть не постоянными, то есть без заранее заданных параметров, декодерами. Конечно, до настоящих магов вам далеко. Но чтобы фаербол пустить, противнику уши в трубочку и на глаза повязку – для дезориентации, или в воздух его подкинуть и отбросить, мощности тимния и процессора вам хватит. Блин, зачем я вам всё это рассказываю? Всё это вы в гайде прочитать можете, а я уже спать хочу. Теперь об обмундировании…
Бент встряхнул головой, как бы прогоняя сон, и опять залез в свою сумку. Четырё свёртка, что он вытащил на этот раз, были немного тяжелее тимниевых ящиков. Профессор мельком взглянул на пятый, ещё лежащий в сумке, и продолжил. Судя по всему, ему хотелось как можно быстрее уйти отсюда, так как скорость его речи удвоилась, и разобрать что-либо стало намного труднее. Но теперь от недосыпа язык учёного начал заплетаться – шансы распознавания текста сводились почти к нулю.
— Внутри ваша одежда. Мифрил, аморфий. Первый – для прочности и лёгкости, второй – для гибкости, мягкости и возможности регенерации костюма. Также встроен девайс для ускорения регенерации живых тканей. В наличии тимниевый экзоскелет. Повышенная скорость и реакция, прыжки на семь метров в высоту, беготня по стенам и безопасные падения с небоскрёбов – в подарок от фирмы. И ещё, Селерит, у входа стоит ваше новое транспортное средство. Всё, я отчитался, я свободен, всем спокойной ночи, я удаляюсь.
И он вышел из комнаты раньше, чем кто-нибудь успел что-либо возразить. На минуту в комнате повисла тишина. По её истечении Эрме пришёл в себя и разразился гневной тирадой с обилием непечатных выражений, высказав всё, что он думает об этом плохом учёном недоделанном, который ничего не делает, только сидит или спит в своём плохом кабинете и который позволяет себе при короле так плохо себя вести, не оказывая никакого уважения ни к нему, ни к этим плохим Лезвийцам, ни к Его Величеству, ни, в конце концов, к лидеру Эрме. Выговорившись и слегка остыв, Михаэль Вольдемарович попытался опять вскипятить себя чуть более приличной, но довольно агрессивной фразой:
—Ну это вообще нормально?! То сидит до пяти ночи, когда в шесть вставать, потому что у него, видите ли «Вдохновение», а потом от него днём ноль пользы, то засыпает прямо на собраниях, начинающихся не позже одиннадцати! Это вообще нормально?! — Лидер армии продолжил бы ещё дальше, если бы не Деметрий, нашедший момент, чтобы его перебить.
—Успокойтесь, Эрме! Не до того сейчас. И на вдохновение своё профессор Бент право имеет, если что. Так что немедленно прекратите, иначе вопрос о вашей отставке будет стоять ещё серьёзнее, чем сейчас. Я уверен, что эрдикийцы будут рады переизбрать ассистента военных дел.
Последние слова явно задели лидера за живое. Было абсолютно ясно, что хочет ответить Эрме, но, видимо, рассудок пересилил гнев. Лидер вовремя вспомнил, с кем он разговаривает.
— Прошу прощения, Ваше Величество.
—Вот именно. Кстати, не забывайте, что Бент выше вас чином, ассистент, — Деметрий этими словами нанёс лидеру ещё один удар по самолюбию и после небольшой паузы продолжил, — Лезвийцы, а теперь информация о новом месте вашего проживания. Вам теперь выделена одна пяти… четырёхместная комната в общежитии на окраине Эджа.
— Как?! Не на границе? — Внезапно подал голос Алекс.
— Нет. Вам место не на Поле боя. Глупо погибнуть Лезвийцу от вражеского рядового солдата. Эдж безопаснее для вас же. Во-первых, это столица. Во-вторых, он дальше от границы – даже дальше, чем Дельтия. И, в-третьих, если что, и я, и Михаэль Вольдемарович, и даже Виктор Алессандрович могут вас в любой момент вызвать и выразить свои эмоции по поводу вашей работы. Какие они будут – зависит лишь от вас. Итак, общежитие по адресу 3-141-59. То есть, третий район, сто сорок первая улица, пятьдесят девятый дом. Не заблудитесь, Эдж – большой город. Комната номер 34. Возьмите ваши личные ключи, я добавил в них новую информацию. Лезвиец Селерит, около входа стоит ваше новое транспортное средство, как уже упоминал профессор Бент, ваш ключ к нему подойдёт. До свидания, Лезвийцы. Вы можете отдохнуть. Михаэль Вольдемарович, у вас есть ещё полезная Лезвийцам информация?
— Завтра в полседьмого… — Он уловил взгляд короля и поправил себя, — Хотя ладно, не буду вас мучить, в полвосьмого быть в моём кабинете. Итак, жду вас через четыре часа, — Добавил лидер со злорадной ухмылкой. Всё же Эрме хотелось кого-нибудь помучить, в отместку за подбитое самолюбие.
Выйдя из Королевского небоскрёба, Алекс первым делом взглянул на небо, где на востоке уже наблюдалась красноватая полоса рассвета. Ну нравится человеку на небо смотреть, ну романтик он – чем это плохо? Николас не придал этой красоте, созданной ещё не взошедшим солнцем и светом обеих лун, значения, ибо его мысли уже были заняты какими-то расчётами. Может, доказывал теорему Ферма, может думал об использовании нейрония в связке с тимнием, хотя скорее всего разбирал в уме результаты сыгранных с Сержем шахматных парий и искал наиболее красивые и, наоборот, самые неудачные ходы. Да и зачем ему на небо смотреть? Это же нерационально. Пьер искал на электронной карте третий район. А Кир сразу подбежал к «Новому транспортному средству», что стоял, прислонившись к стене.
—Офигеть! Это же Пегас-14! Народ, это же лучший мотоцикл, когда-либо созданный на Айе!
Реакция была различной. Пьер пробормотал нечто вроде «Угу», не отрывая взгляда от карты. Николас присел рядом с Пегасом и начал исследовать его электронную обшивку. А Алекс до сих пор витал где-то в облаках и не хотел спускаться из-за какого-то там мотоцикла.
Едва отговорив Ника вскрывать антигравы, чтобы посмотреть на их «революционно новое строение», Кир сел на своего нового железного коня, отбросил с лица свои белые волосы, поправил повязку, скрывающую пустую глазницу и часть разделившего лицо пополам шрама, сообщил: «Я буду минут через пятнадцать», врубил все четыре антиграва и умчался во тьму Эджевых улиц. Алекс проследил за его развевающимся плащом, и когда Селерит скрылся за поворотом, усмехнулся и произнёс:
— Пижон… Для кого он старается? На нас впечатление он точно не произведёт. Так только девушек завлекать.
— Да не, он это абсолютно рефлекторно. Я слышал, у него с детства такая установка – всё должно быть эффектно, что не эффектно – то плохо. Ладно, может, пойдём уже? Эрме нас через четыре часа ждёт, а надо ещё добраться и успеть поспать. Пьер, куда нам?
Пэтра произнёс что-то вроде «Ща», ещё пару раз повернул карту, убедившись, что север сверху, и только тогда ткнул пальцем в направлении окраины.
Пьер шёл впереди, сверяясь с картой, чуть сзади болтали о чём-то Алекс с Ником. Разговор зашёл о землянах.
— И всё же, мне кажется, что они совсем обнаглели. Как считаешь, Ник?
— Может быть. Вполне может быть. А на основании чего такие выводы?
— Во-первых, они нам запрещают строить и использовать космические аппараты. Во-вторых, торговлю мы можем осуществлять только с ними. В-третьих они всю планету своим оружием окружили – того и гляди уничтожат. И в-четвёртых, вводят какие-то странные правила, хотя бы то же «Поле боя». Маразм какой-то.
—Земля так со всеми колониями обращается. Ну, за исключением, пожалуй, Септимы-3. Крупнейшая колония, как-никак. А мы… Чуть что Земле не так, они же Айю на ноль помножат.
— Ладно. Но Поле боя – всё равно маразм.
—Согласен, маразм. Но этому опыту уже три сотни лет. И пока, Земле нравится. А что делать? Жертв же меньше, значит, так надо! Если мы войны неправильно вести будем, земляне нам сами войну объявят и сразу же уничтожат – предупреждали уже. Например, на Сигматте целый континент утопили, потому что кто-то там кого-то оккупировал. Знаешь, что мне в этой системе меньше всего нравится? Очень упростились все стратегии ведения войны. Их некуда развивать. Все войны похожи друг на друга как капли воды, или даже, как частицы тимния. Есть поле боя – каждый день на нём сражаешься. И всё! Никакой фантазии. Бой выигран – плюс, проигран – минус. Сотня плюсов – победа. Или меньше – как повезёт. Когда одна из сторон захочет войну прервать, прерывает, и отдаёт за это, например, земли. Скучно. Стратегия нужна. Чтобы хотя бы «С той башни хорошо простреливается вся долина – воздушный флот не пройдёт» и «Этот город принесёт нам пользу, надо его захватить». Конечно, человеческих жертв гораздо меньше. Но скучно. Представь, что ты играешь в шахматы королём и восемью пешками, и всё. И до восьмой горизонтали ни одна не доходит.
—А шахматы стратегическая игра?
— Ну… да… Ты разве не знал? Так вот…
—Погоди, я тут вспомнил, что хотел попросить тебя в шахматы меня играть научить.
— А что, можно. Завтра, если время будет… Так вот… На чём я остановился?
— А можешь хотя бы сегодня что-нибудь рассказать?
— Ну ладно… Шахматы так шахматы. Итак, шахматная партия подразделяется на три этапа: дебют, миттельшпиль и эндшпиль, что являет собой начало, середину и конец партии соответственно…
Администратор запретил публиковать записи гостям.
Время создания страницы: 0.229 секунд